Как известно, иметь гражданские права и нести обязанности могут только живые люди. Правоспособность возникает в момент рождения и прекращается смертью, и это кажется должным, не нуждающемся в объяснениях. Тем не менее, могут возникнуть такие ситуации, которые ставят под сомнение этот фундаментальный принцип права, и о такой ситуации будет сегодня поведано.
Представьте себе следующее: семья из отца, беременной матери и сына попадает в аварию по вине иного гражданина. Соответственно подаётся иск в суд на взыскание компенсации морального вреда. Встаёт вопрос, имеет ли нерождённый в тот момент ребёнок право на компенсацию морального вреда?
С одной стороны, можно сразу же сказать, что нет, он не родился, прав иметь не может в соответствии с определением правоспособности, да и как может нерождённый ребёнок испытать физические и нравственные страдания от смерти отца, которого не разу не видел?
Но с другой стороны в нас заговорит справедливость, разве можно считать, что ребёнок, который будет вынужден расти без отца, не испытает нравственные страдания? Отсутствие одного из родителей для ребёнка – ужасающее по своему эффекту явление, моральный вред будет нарастать с каждым годом, разве можно лишить такого ребёнка права на компенсацию?
В очередной раз мы наблюдаем борьбу «права» и «справедливости». Конституционный Суд в недавнем Определении раскрыл эту историю. Изначально суд первой инстанции удовлетворил требования о взыскании компенсации морального вреда неродившемуся на момент трагедии ребёнку. Но суды апелляционной и кассационной инстанций отменили решение, ибо ребёнок правоспособностью не обладал, чувствовать нравственные страдания не мог. Кассационный суд к тому же отметил, что не было представлено доказательств причинения ребёнку физических и нравственных страданий, связанных с гибелью отца.
И если по буквальному пониманию закона, суды высших инстанций правы, то такое отношение к конкретному делу, особенно от суда кассационной инстанции, не могут не вызвать чувство неправильности произошедшего. Но есть одно но – наследственное право. Статья 1166 ГК РФ защищает права неродившегося наследника при разделе наследства. Защищает права того, у кого их, в силу содержания правоспособности, быть не может.
На основании этой статьи Конституционный суд вышел к тому, что возникновение правоспособности не является точкой фактического получения того или иного субъективного права. Иными словами, в толковании Конституционного суда, правоспособность позволяет именно что требовать компенсацию морального вреда, а не возможность его испытать.
Таким образом, Конституционный суд обязал пересмотреть судебные постановления в отношении матери, которая была подателем жалобы. Но не только в борьбе «права» и «справедливости» победила последняя в этот день. Конституционный суд открыл целое окно возможностей таким толкованием правоспособности. Новая судебная практика куётся на наших глазах.