Юрист Адвокатского Бюро № 1 «Де-Юре» Дудукин Д.В. рассказывает о возможности оспаривания сделок должника в банкротстве.

ВС указал на неразумность расходов при аренде дорогой жилой недвижимости до подачи арендатором заявления о банкротстве

Верховный Суд РФ опубликовал Определение № 305-ЭС21-18487 по делу №А40-259314/2019 об оспаривании конкурсным управляющим общества-должника трех договоров аренды жилого комплекса, а также соответствующих платежей по ним.

В июле 2018 г. ООО «П» заключило с конкурсным управляющим ООО «М» договор аренды жилого комплекса на Рублево-Успенском шоссе, за 250 тыс. руб. в месяц. Недвижимость находилась в залоге у банка. В дальнейшем стороны продлили арендные отношения на прежних условиях, подписав еще два договора. Таким образом, арендатор перечислил арендодателю плату в сумме 5,3 млн. руб.

Впоследствии в отношении общества «П» была инициирована процедура банкротства, его конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании трех договоров аренды и соответствующих платежей по ним, а также о применении последствий недействительности сделок.

Арбитражный суд г. Москвы отказал в удовлетворении заявленных требований. Апелляция и кассация поддержали данное решение. Отклоняя доводы о неравноценности встречного предоставления, мнимости и притворности сделок, суды сослались на факты реальной передачи имущества должнику и оплату им арендных платежей.

В судебных актах также указывалось на отсутствие у арендатора признаков неплатежеспособности на момент заключения первого договора. Тем самым суды не усмотрели оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по ст. 10 и 168 ГК РФ, так как конкурсный управляющий должника не доказал наличие у спорных сделок пороков, выходящих за пределы подозрительных сделок.

Конкурсный управляющий ООО «П» обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд, и Экономколлегия ВС поддержала его доводы.
Так, она отметила, что в рассматриваемом случае очевидным являлось и то, что заключение и исполнение арендных договоров происходили в условиях, не доступных обычным участникам рынка – с существенным дисконтом должнику, что было установлено судами. «Заявитель последовательно указывал на то, что оспариваемые сделки опосредовали вывод денежных средств должника, происходивший на протяжении двух лет и продолжающийся по сей день.

У должника не было никакой необходимости арендовать жилой дом на Рублевке, аренда жилой недвижимости никак не связана с предпринимательской деятельностью, осуществляемой должником. Поэтому вне зависимости от договорной цены рассматриваемые сделки привели лишь к росту долговых обязательств, не имеющему разумного экономического обоснования», – подчеркивается в определении.
ВС добавил, что нижестоящие судебные инстанции не исследовали вопрос о том, должен ли конкурсный управляющий арендодателя знать о трудном финансовом положении арендатора, поскольку второй и третий договоры аренды были заключены уже после возбуждения банкротного дела в отношении арендатора.

«Более того, не получили оценки со стороны судов и доводы о том, что конкурсный управляющий арендодателя не действовал независимо от лиц, контролировавших арендодателя и арендатора. Заявитель настаивал на том, что вследствие заключения договоров аренды фактически кредитовалась конкурсная масса арендодателя. Нахождение арендатора и арендодателя под контролем одного бенефициара и вхождение их в одну группу не могли не быть очевидными.

Конкурсный управляющий арендодателя предпочел заключить договоры именно с должником в обмен на гарантии стабильного получения с него арендных платежей за счет его конкурсной массы, возложения на арендатора бремени содержания арендованных объектов недвижимости и обеспечения сохранности вплоть до момента реализации на торгах в деле о банкротстве арендодателя, – подчеркнул ВС. – При этом жилой дом использовался в личных интересах родственников бенефициара группы компаний, объединяющей арендатора и арендодателя. Несостоятельность аффилированного с должником арендодателя не освобождала конкурсного управляющего последнего от необходимости привести доводы в защиту разумности своих действий, тем самым подтвердив свою независимость по отношению к группе взаимосвязанных лиц».

Верховный Суд также указал на немотивированное отклонение апелляционной и кассационной инстанциями ходатайства заявителя о приобщении к делу ряда доказательств в обоснование мнимости договоров аренды. В итоге он отменил акты нижестоящих инстанций и вернул дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.